Татьяна ВЕДЕНЕЕВА. НЕ БОЙТЕСЬ НОВОГО!

Юрий КУЗЬМИН
Фото ИТАР-ТАСС и из архива Татьяны ВЕДЕНЕЕВОЙ

«В нашем обществе все еще сильны традиционные стереотипы: мужчина — добытчик, женщина — хранительница
домашнего очага . Но мир идет вперед , и в сегодняшней
цивилизации мужчины и женщины имеют равные условия
для саморазвития. Российские женщины очень талантливые, и самое главное — после 70-летнего советского
периода в них генетически сформировалась колосальная
выносливость . Я уверена : пройдет время и наши бизнес леди не только догонят мужчин, но и перегонят их».

— Татьяна, в вашей биографии было несколько периодов —
время учебы в ГИТИСе, театра и кино; время телевидения и,
наконец, эпоха бизнеса, которым вы занимаетесь уже около
десяти лет. Бизнес — финальный этап вашей биографии, или
мы станем свидетелями нового периода жизни Татьяны Веденеевой?

— Знаете, говорят, нельзя рассказывать о том,
что ты задумал — иначе ничего не получится.

И, как ни странно, такое утверждение справедливо, верите вы в это или нет, но мысль, действительно, материальна. Поэтому скажу лишь,
что у меня есть одна идея — буквально на днях
я встречалась с людьми, которые предложили
мне один фантастически интересный проект.

Так что, думаю, точку в моей биографии ставить
пока рано. Я по-прежнему в поиске.

— То, что вы занялись бизнесом, — шаг довольно необычный для человека творческой профессии.
— Отчего же? Ну, возьмите хотя бы Льва Лещенко, Игоря Крутого, Алексея Глызина. Можно
привести еще другие примеры предпринимателей, за плечами которых образование, полученное в театральном вузе. Другое дело, что
часто их бизнес — это продолжение профессии,
а мой — из совершенно другой области. Как
бы банально это ни звучало, хорошие актеры,
как правило, очень умные люди. Человек, состоявшийся в нашей профессии, должен обладать способностью многое в себе менять, ведь,
играя роль, он входит в образ и обстоятельства
другого человека, часто совершенно непохожего на него самого. Если человек имеет к этому талант, значит, он способен еще на очень и
очень многое.

Что такое бизнес? То же творчество, только,
скажем так, более определенное. Это не просто
умение считать, сколько и чего нужно для дела
в денежном эквиваленте, хотя, конечно, такой
навык тоже нужно иметь. Самое главное в бизнесе — это умение ставить себе цель и находить пути в достижении желаемого результата.

Естественно, у человека должны быть качества,
которые помогут ему это сделать. Во-первых,
не нужно бояться; во-вторых, следует четко понимать свою цель и иметь представление о том,
как ее достичь. Очень важно уметь выстраивать
взаимоотношения с партнерами, уметь собрать
вокруг себя правильных людей и сделать так,
чтобы твоя цель стала и их тоже. Все это должен
знать и уметь не только бизнесмен, но и творческий человек.

Хотя, конечно, далеко не всем творческим
людям хочется заниматься бизнесом. Творчество — это обязательно каждый день что-то новое, в бизнесе же много рутины и кропотливой
ежедневной работы. Однако бизнес может приносить ни с чем не сравнимые удовольствия —
радость от достижения поставленной цели, получения прибыли, расширения возможностей
твоей компании и пр.

— А как вы вообще решились открыть собственное дело?
— Благодаря стечению ряда обстоятельств.

Во-первых, я чувствовала некую нереализованность — нужно было куда-то направить кипевшую во мне энергию. А во-вторых, я очень люблю
начинать что-то новое. Часто бывает, что в своей
деятельности ты достигаешь высшей точки и понимаешь, что дальше двигаться тебе практически некуда. В таких случаях я всегда стремилась
изменить свою жизнь, попробовать себя в чемто другом. Получается очень здорово — будто ты
пишешь свою биографию с чистого листа, проживая сразу несколько жизней за одну. Такая
ситуация случилась со мной, когда я работала в
дикторском отделе Центрального телевидения.

Я провела сотни «Огоньков», музыкальных, развлекательных и детских программ,
развиваться дальше в профессии
не было никакой возможности.

И тут в информационном отделе
Первого канала появилась программа «Утро», в редакцию которой
я буквально напросилась. Работа
была очень тяжелой: программа
начиналась в 7 утра и три часа
шла в прямом эфире, приходилось
много работать с информацией,
снимать сюжеты, писать тексты, но
мне нравилось. А через некоторое
время я узнала, что наш дикторский
отдел расформировали. Так что неизвестно, что было бы со мной сегодня, если бы за три года до этого
я не ушла в программу «Утро».

С бизнесом то же самое — мне захотелось попробовать в нем свои
силы, начать очередную новую
жизнь. И получилось.

— И какую цель вы перед собой ставили?
— Мне кажется, что когда берешься за любое
новое дело, нужно ставить себе очень высокую
планку. Как вы знаете, наша компания выпускает экологически чистые соусы. В первое время
мои сотрудники совершенно не понимали, для
чего мы это делаем. Тогда все ели один кетчуп,
а мы вдруг решили выйти на рынок с натуральным продуктом. И я непрестанно говорила своим коллегам: «Поймите, экологически чистая
продукция — будущее. Уже сейчас на Западе
то и дело звучат обеспокоенные заявления,
что земле грозит продуктовый дефицит. Скоро
качественные натуральные продукты, особенно экологически чистые, будут более востребованы, чем энергоносители». Я поставила перед
своим подчиненными цель: в выбранной нами
нише мы должны стать такой же престижной
маркой, как Mercedes в области автомобилестроения. Это заявление вызывало на лицах сотрудников улыбку, замешанную на сочувствии в
мой адрес.

И что же? Сейчас, спустя почти десять лет, могу
вам сказать, что мы уже и есть Mercedes в своей
области. Конечно, TREST «B» — небольшая компания, которая не может завалить своей продукцией весь мир, но нас все знают и качество
наших соусов ни у кого не вызывает сомнения.

Кстати, сегодня сотрудники, которые когда-то с
недоверием слушали мои речи, с гордостью говорят, что работают в компании TREST «B».

— Раз так, то среди ваших соусов должен быть и свой
Maybach, самый роскошный седан в мире…

— Будет. Мы хотим создать свой Maybach —
этот соус будет делаться из уникальных фруктов
и продаваться только в одной торговой сети. На
нашей плантации в Болгарии сейчас выращиваем деревья для этой цели.

Продовольственный бизнес довольно сложный.

Ты зависишь от всего, в том числе и от погодных
условий. Например, когда мы придумывали бутылочку для наших соусов, у меня возникла идея
поставить на этикетке год сбора урожая. Меня отговорили, сказав, что бутылка и без этого
слишком красива, что она и так скорее похожа
на бутылочку для вина, нежели для соуса, а если на этикетке появится еще дата сбора урожая,
покупатели совсем запутаются. И, тем не менее,
я до сих пор уверена в своей правоте — когда
продукт на 100% натуральный, как у нас, его
вкус сильно зависит от года урожая, он меняется. Например, сотрудники, которые работают на
нашем производстве в Болгарии, говорят, что
соусы, сделанные из урожая этого года, будут
вкуснее, чем их предшественники. В этом году
очень повезло с весенней и летней погодой.

— Соусы TREST «B» выпускаются без консервантов. Сколько они хранятся?
— На этикетках мы указываем 18 месяцев —
два года, но вообще-то дольше. В нашей компании хранятся соусы, выпущенные пять лет
назад, и мы их не держим в холодильнике. Технолог периодически открывает их и пробует. Вы
удивитесь, но соус из диких слив не портится.

Это благодаря пектину.

Когда мы только начинали бизнес, с нашей
компанией сотрудничал специалист Института
питания академик Багатурия, адаптировавший
домашний рецепт соуса ткемали к условиям
производства. Он рассказывал мне удивительные вещи. Например, что в дикой сливе, из которой делается ткемали, содержится наибольшее количество пектиновых веществ, а пектин
обладает уникальным свойством — его молекулы чистят организм, выводя из него тяжелые металлы, биогенные токсины, анаболики,
ксеноболики, продукты метаболизма и другие
вредные вещества, что пектин укрепляет костную ткань. Более того, Багатурия утверждал, что
пектин и есть тайна кавказских долгожителей:
на Кавказе люди с первых лет жизни едят ткемали и именно поэтому они сохраняют крепкое
здоровье до глубокой старости. А я все думала:
«Ну-ну, сейчас он еще скажет, что пектин — это
панацея от всех болезней». Позже, когда я сама
«погрузилась» в материал и стала читать специальную литературу, я поняла, что все сказанное
было правдой.

Другой наш соус — сацебели — не имеет такого
длительного срока хранения, как ткемали. Мы
его пастеризуем, добавляем довольно много
чеснока и трав, но никаких химических консервантов.

— Трудно ли вам было с психологической точки зрения превращаться в бизнес-леди?
— Мне повезло — свое дело я начинала не одна, а с мужем, он бизнесмен. Так что было легче, у меня была надежная поддержка. Бизнесу
я училась уже в процессе. И научилась. Правда,
не могу сказать, что очень сильна в финансовых
вопросах, но в нашей компании работает прекрасный финансовый директор.

— Российская бизнес-среда пока что мужская территория. Когда вы начинали свое дело, вы не чувствовали недоверие
к себе со стороны мужчин-предпринимателей?

— Конечно, чувствовала. Да и сейчас многие
мужчины, представители большого бизнеса,
считают, что создание нашей компании — заслуга мужчины, моего мужа. Я не пытаюсь никого переубедить, поскольку во многом так оно и
есть. Другое дело, чему я научилась за это время и кем стала. И потом, должна вам сказать,
что в любом бизнесе есть две весьма важных
составляющих — реклама и пиар. Думаю, что я
внесла очень большую лепту именно в эту часть
нашего дела. Наша компания никогда не рекламировала себя публично, и, тем не менее, она
известна. Это связано с моим участием в ней.

Бизнес в России действительно пока еще мужская территория, женщин здесь не очень много.

Отечественные бизнес-леди пока довольствуются тем, что являются хозяйками небольших
фирм, им уютно в их маленьких бизнес-нишах,
тогда как мужчины стремятся создать глобальный бизнес.

Наверное, в нашем обществе все еще сильны
традиционные стереотипы: мужчина — добытчик, женщина — хранительница домашнего
очага. Но мир идет вперед, и в сегодняшней
цивилизации мужчины и женщины имеют равные условия для саморазвития. Российские
женщины очень талантливые, и самое главное — после 70-летнего советского периода в
них генетически сформировалась колоссальная выносливость. Я уверена: пройдет время и
наши бизнес-леди не только догонят мужчин, но
и перегонят их.

— А почему у вашей компании нет прямой рекламы?
— Когда мы станем зарабатывать больше денег, чем сегодня, она появится. Несмотря на
то что наша продукция продается и в Европе,
и в США, основной рынок TREST «B» — Россия.

А Россия — страна, во-первых, очень большая,
во-вторых, здесь сейчас стремительно развиваются торговые сети, в которых мы должны присутствовать. Конечно, все это хорошо, но для
нас это влечет ряд проблем. Каждая торговая
сеть в течение года открывает в стране десятки
новых магазинов. К сожалению, независимо от
того, работаешь ли ты уже с ней или нет, в новые
магазины нужно входить за отдельную плату,
на что и уходит львиная доля нашей прибыли.

Конечно, можно было бы просто зарабатывать
деньги и класть их на счет, но я думаю, это была
бы неправильная политика.

— За годы работы в бизнесе у вас сформировалась своя команда. У вас есть рецепт, как создать крепкое ядро своего
коллектива?

— Основная масса наших сотрудников — те,
кто почти десять лет тому назад начинал со мной
этот бизнес. У нас практически нет текучки персонала. Наверное, в решении кадровых вопросов большое значение имеет внутренний пиар.

Нужно убедить людей, которые пришли к вам
работать, что они попали в хорошую компанию.

У нас есть специально разработанный социальный пакет для сотрудников. Мы, например,
не задерживаем выдачу зарплаты, стремились
платить даже тогда, когда компания переживала сложные времена. С первых лет существования TREST «B» у нас проводились конкурсы на
выявление лучших работников, раньше даже
была своя доска почета. При этом имена победителей называют не руководители фирмы,
а сами сотрудники. Мы любим устраивать вечеринки для своих сотрудников, это здорово укрепляет корпоративный дух.

— Недавно вы вернулись на телевидение и стали «лицом»
телеканала «Домашний». Почему вы решились повторить
этот опыт?

— Телевидение — моя давняя любовь, как я
могла к ней не вернуться? Произошло это еще
и потому, что у меня появилось больше свободного времени.

Надо сказать, что мое возвращение на ТВ произошло довольно спонтанно. Однажды меня как
гостью позвали в программу «Кулинарный техникум» телеканала «Домашний». Обычно когда
меня приглашали на кулинарные передачи, я говорила: «С удовольствием приду. Только блюда
буду готовить со своими соусами». После этого
мне либо отказывали, либо требовали деньги за
рекламу. Однако на «Домашнем» сразу согласились на все мои условия. Я пришла, приготовила рыбу в соляном панцире по своему
любимому французскому рецепту.

И он так понравился телезрителям,
что ту программу три раза повторяли в записи. А потом мне снова позвонили с «Домашнего», на этот раз
чтобы позвать на работу. Программа «Татьянин день», которую мне
предложили вести, шла в прямом
эфире. Уже одно это меня привлекло. Люблю прямые эфиры — это и
ответственность, и тяжкий труд, и
опустошающая усталость, но в то
же время колоссальный драйв и
необыкновенное удовольствие.

Кстати, должна вам сказать, что
сегодня немногие умеют работать
в прямом эфире — этого формата
почти нет на нашем телевидении, и
люди от него отвыкли.

Я поняла, что мое возвращение
на телевидение состоялось, когда после незначительного периода работы на
«Домашнем» увидела два рейтинга, подготовленных журналом «Семь дней». В одном были
названы имена 50 лучших телеведущих России,
и я, не работавшая в эфире более десяти лет,
вдруг сразу оказалась в первой десятке. Во втором рейтинге были перечислены ведущие, вызывающие доверие у телезрителей. И знаете,
что меня удивило — имена большинства людей,
занимавших первые позиции, исчезли, зато
наверху оказались те, кто занимал в рейтинге
лучших 20—30-е позиции. Мое же имя было и в
том и в другом списке.

— И это неудивительно, для меня, например, вы всегда были самой искренней ведущей на нашем телевидении.
— Большое спасибо за такие слова! Вообще,
мне кажется, что на телевидении можно выжить
только будучи искренним. Телевидение как увеличительное стекло — если ведущий правдивый, добрый и умный человек, не ставящий себя выше зрителей, он обязательно найдет путь
к их сердцам. И наоборот, все отрицательные
качества ведущего не останутся незамеченными публикой.

— Сильно ли изменилось российское телевидение за время вашего отсутствия? Стало ли оно правдивее, профессиональнее?
— Современное российское телевидение
нельзя сравнивать с тем, что было десять и более лет тому назад. Оно совсем другое. Не могу
сказать, что правды стало больше. На первый
взгляд, кажется, что сегодня на нашем телевидении говорится много откровенных вещей. Но
такая правдивость, как правило, связана с бытом, иногда с личностями людей. А вот говорить
прямо о глобальных проблемах российского
общества осмеливаются немногие.

Профессионализма много. На телевидении трудится достаточно талантливых людей, которые
умеют быстро и качественно делать неплохие
программы. Разница в лучшую сторону есть и в
информационном насыщении телепрограмм, и
в техническом обеспечении.

Однако есть вещи, которые меня очень огорчают, в первую очередь это касается российских
многосерийных телефильмов. Слава богу, у нас
начали делать хорошие фильмы, появились и
блестящие продюсеры, снимающие хорошие
программы, документальное кино. Но в то же
время слишком много тех, кто пытается тиражировать опыт других. Ну, например, на одном
канале снимают хорошую программу, она имеет
очень большой успех у зрителей. На другом решают повторить этот опыт и создают похожий
продукт, потом то же самое происходит на третьем, четвертом, пятом канале и т. д.

Еще один, на мой взгляд, большой недостаток
связан с новостийными программами, которые
выдают слишком много негатива. И причина
очень проста. Если какая-либо компания достигла больших результатов, совершила прорыв
в своей области, выпустила на рынок хороший
продукт или услугу, говорить об этом нельзя,
потому что автоматически это считается рекламой. Вот и живут наши соотечественники в
полной уверенности, что ничего особо хорошего
в стране нет, кроме спорта, от которого все в последнее время и фанатеют.

И все же видно, что российское телевидение
идет вперед, развивается. Думаю, что в дальнейшем оно будет только улучшаться.

— Вижу, вы очень позитивный человек, на все смотрящий с
оптимистической точки зрения. Это так?

— Да. Жизнь как поездка на машине по горной трассе: в какой-то момент кажется, что ты
едешь вниз, а на самом же деле ты поднимаешься вверх — дорога ведь идет по серпантину.

— Что вы вкладываете в понятие «успешная женщина»?
— Георгий Вайнер в одном из своих произведений высказал хорошую мысль: «Жизнь — это
не то, что с нами происходит, а то, как мы это
воспринимаем». И я с этим согласна. У каждого
человека свой успех. Иметь много детей — фантастический успех. Найти себя в профессии и заниматься любимым делом — тоже. Успех — это
не только деньги или положение в обществе, но
и твое самоощущение. Мне кажется, женщина
успешна тогда, когда она не теряет интереса к
жизни в той области, в которой она существует.

Если же она понимает, что интереса больше нет
и ее жизнь не приносит ей удовлетворения, значит, успеха нет и что-то пора менять.

— На ваш взгляд, женщине надо быть финансово независимой в семье?
— Мне кажется, что да. Даже если у вас нет собственного дела, надо так построить отношения
со своим мужчиной, чтобы вы были финансово
достаточно свободны. Мой первый муж еще в
советское время постоянно мне говорил: «Таня,
в твоем кошельке всегда должно быть минимум
50 рублей, а лучше — 100», тогда это были приличные деньги. Для чего это было нужно? Чтобы я всегда смогла выйти из любой непредвиденной ситуации. Так что финансовая независимость — гарантия того, что ты справишься с любыми экстремальными обстоятельствами. Это
касается и чисто бытовых вещей, и глобальных.

Российские женщины любят растворяться в
своих мужчинах, нам доставляет огромное удовольствие жить интересами своих спутников,
служить и подчиняться им. Но, увы, жизнь меняется не в лучшую сторону. Посмотрите, что
сейчас происходит в нашей стране — мужчины
без колебаний бросают своих жен и детей, женятся во второй, третий, четвертый, пятый раз…
И женщины, посвятившие себя мужьям, в середине своей жизни остаются одни, часто имея на
руках еще и детей. Им тяжело и с финансовой,
и с моральной точки зрения — мы ведь по своей
природе собственницы, и увлечение любимого
другой женщиной причиняет нам сильную боль.

Западным женщинам проще — у них есть законы, есть финансовая ответственность супругов, их мужья порой просто боятся бросать свои
семьи, ведь тогда он либо потеряет 50% своего
состояния, либо до конца жизни будет вынужден содержать бывшую супругу. В России такой
закон тоже есть, но некоторые мужчины научились его обходить. Остается один путь — быть
финансово независимой, чтобы, если случится
что-то непредвиденное, ты была в состоянии содержать и детей, и себя.

— Нам надо возрождать семейные ценности?
— Да. Вспомнилась одна история, произошедшая со мной в прошлом году. Одним прекрасным утром в моей квартире раздался телефонный звонок. Когда я взяла трубку, женский
голос спросил: «Татьяна Вениаминовна, какой
вопрос вы хотели бы задать президенту Путину?» Я вспомнила, что в этот день должна была
состояться прямая трансляция общения президента с гражданами страны. Видимо, сотрудники президентского пула обзванивали известных людей и узнавали, есть ли у них вопросы к
главе страны. Я оторопела от неожиданности и
не смогла до конца сформулировать свой вопрос, сказала лишь следующее: «Мне кажется,
наше общество переживает сейчас трудный период — у нас потерян престиж семьи, нет уважения к тем ценностям, которые и создают базу
человеческих взаимоотношений. Мужчины перестали уважать женщин, женщины — мужчин.

Люди не берут на себя ответственность друг
за друга, а если и берут в момент заключения
брака, то через год-другой забывают о ней. Наблюдая за тем, что происходит в нашей стране,
я пришла к выводу, что у нас в России ничто не
может сдвинуться с места без государственной
воли, без указа сверху. Мой вопрос президенту
примерно таков: "Не хочет ли Владимир Владимирович предложить некую директиву по возрождению семейных ценностей?"». В эфире я
этого вопроса не услышала. Потом был Новый
год, и, вернувшись в январе с зимних каникул,
я с удивлением узнала, что 2008 год объявлен в
России Годом семьи. То ли мой вопрос был услышан на самом верху, то ли эта мысль уже давно витала в воздухе. Сейчас новый российский
президент продолжает ту инициативу Владимира Путина. И это очень радует.

Хотелось бы еще сказать, что любовь — это прекрасно, но, к сожалению, химические процессы, «ответственные» за нее в нашем организме,
со временем затухают, лекарства против этого
пока еще никто не придумал. Чтобы чувство жило долго, мне кажется, в отношениях двух людей
должен присутствовать некий рационализм.

Взаимоотношения должны быть не только любовными, но и партнерскими. То есть брак нужно заключать тогда, когда вы оба готовы пройти
вместе всю жизнь, поддерживая друг друга.

И еще я убеждена, что в России нужно создавать семейные кланы. Назовите мне хоть одну
российскую семью, которую можно было бы
сравнить с американскими Вандербильдами
или Кеннеди? Таких нет. А раньше были: это и
Морозовы, и Третьяковы, и Бахрушины, и многие другие великие фамилии, жившие в царской
России. Даже в советское время приветствовались династии. В настоящее время такие кланы
нам просто необходимы. Окружающая жизнь
очень жестока и выстоять одному в ней крайне
сложно, только семья может помочь человеку
выжить в современном мире. Так что, хотим мы
того или нет, но вернуться к семейным ценностям придется. Иначе нельзя.

 

Запись опубликована в рубрике 2008 №3. Добавьте в закладки постоянную ссылку.