СЛОВАРНЫЙ ЗАПАС Галины ЗАХАРОВОЙ

Ирина КВАТЕЛАДЗЕ
Фото из архива

«ЕСТЬ ДВА МОМЕНТА У НАС В ЖИЗНИ, КОТОРЫЕ ПРИНОСЯТ ГЛУБОЧАЙШЕЕ УДОВЛЕТВОРЕНИЕ – ЭТО ВЫХОД В СВЕТ НОВОГО СЛОВАРЯ И ЕЖЕГОДНАЯ КНИЖНАЯ ЯРМАРКА ВО ФРАНКФУРТЕ. ТАМ МЫ ВСТРЕЧАЕМСЯ С КОЛЛЕГАМИ, СО СПЕЦИАЛИСТАМИ, КОТОРЫЕ ПОНИМАЮТ, КАКОЙ ТРУД ВЛОЖЕН В ПОДГОТОВКУ СЛОВАРЯ, И УМЕЮТ ЕГО ЦЕНИТЬ».

ГАЛИНА ВЛАДИМИРОВНА, ВЫ МНОГО ЛЕТ ВОЗГЛАВЛЯЕТЕ ИЗДАТЕЛЬСТВО «РУССО», СПЕЦИАЛИЗИРУЮЩЕЕСЯ НА ВЫПУСКЕ СЛОВАРЕЙ. КАК СТАНОВЯТСЯ ИЗДАТЕЛЕМ?

– Это долгая история. Не могу сказать, что я мечтала именно о том, чтобы возглавить издательство. Скорее это было логическое продолжение того дела, которым я всю жизнь занималась.
    Я родилась в Москве и окончила Институт стран Азии и Африки при Московском государственном университете им. Ломоносова. Alma Mater – это то, чем я до сих пор горжусь. Все выпускники МГУ гордятся своей причастностью к этому учебному заведению, и я не исключение (улыбается). И потом, знаете, что в советские времена туда было очень сложно поступить, да и брали в наш институт преимущественно мальчиков. А мне удалось, да еще и с первого раза. Правда, язык мне достался не японский, как я хотела, а другой…

А КАКОЙ ДОСТАЛСЯ? И ПОЧЕМУ, КСТАТИ?

– Тогда все собеседования при поступлении проходили на английском языке. И в приемной комиссии меня спросили, на английском разумеется, какой бы язык я хотела учить, кроме японского? Я совершенно растерялась и буквально не знала, что сказать. А тогда шла война во Вьетнаме (1968 год – Прим. ред.), я слушала «вражеские голоса», там все время рассказывали про военные действия в этой стране, и Вьетнам – единственное, что всплыло у меня в голове. Ну, я и сказала – вьетнамский. Так я и попала на вьетнамское отделение (улыбается).
    Если бы я не растерялась, то наверняка бы назвала один из языков Индии. Или еще какой-нибудь – восточных языков ведь много.

ВЫ НИКОГДА ПОТОМ НЕ ЖАЛЕЛИ, ЧТО ВОТ НЕ ЯПОНСКИЙ, А ВЬЕТНАМСКИЙ?

– Совсем не жалела. Много лет спустя, когда я попала в Японию, эта страна не тронула мое сердце. Это была одна из тех стран, в которой, несмотря на потрясающий прием, который нам устроили наши японские партнеры, мне не хотелось остаться подольше. А Вьетнам я полюбила.
    Знаете, у нас несколько неверное сегодня представление об этой стране. Мы привыкли уже, что вьетнамцы торгуют на рынке или работают в сфере обслуживания. И вследствие этого сформировалось несколько пренебрежительное отношение к этой нации. А на самом деле это интереснейшая страна с древнейшей культурой, в которой живут замечательные люди. Мне всегда нравились вьетнамцы именно своими человеческими качествами: необыкновенным трудолюбием, умением преодолевать трудности и идти по совсем нелегкой жизни с добрым юмором.
    Но жизнь меня к Японии вернула. Наше издательство – это совместное российско-японское предприятие.

КАК ВЫ ПРИШЛИ В ИЗДАТЕЛЬСКИЙ БИЗНЕС?

– После окончания аспирантуры ИСАА при МГУ я работала референтом-переводчиком в СЭВе, а затем один мой сокурсник позвал меня работать в издательство «Мир» – заведующей вьетнамской редакцией. Это была совершенно другая сфера деятельности (улыбается)… Я в первый день думала, что сойду с ума! Какие-то совершенно новые слова – верстка, гранки, подписная корректура, графики, техредакция, макет… Плюс к этому редакция, в которой по контракту работают только вьетнамцы. Я до этого к издательствам отношения совершенно не имела и думала, что никогда в жизни с этим не справлюсь. Но выхода не было: с работы я уволилась, быстро найти другую работу по своей специальности было не так-то легко, так что пришлось быстро войти в курс дела.
    А потом уже меня пригласил на работу директор издательства «Русский язык» – сначала заведующей редакцией переводов, а затем – заведующей редакцией научно-технических словарей. Но это уже были 90-е, началась перестройка, и издательство стало сжиматься как шагреневая кожа. Сначала сократили восточную редакцию, потом славянскую, романскую…
    А японцы в свое время предлагали издательству «Русский язык» сотрудничество, еще в начале 80-х.

А КАК РОДИЛАСЬ ИДЕЯ ТАКОГО СОТРУДНИЧЕСТВА?

– О, это очень интересная романтическая история, за достоверность которой я не ручаюсь. Что-то вроде легенды, потому что документальных свидетельств об этом, конечно же, никаких нет.
    Якобы у нашего будущего партнера брат во время войны попал к нам в плен, после освобождения не уехал на родину, а остался тут жить, женился на русской женщине. Потом он то ли умер, то ли погиб, а брат его, издатель, в память о нем хотел сделать вместе с русскими какой-либо проект, а именно японско-англо-русскую базу данных научно-технической терминологии. Он обратился в наше министерство с идеей создания базы данных и был готов участвовать в этом финансово.
    Министерство порекомендовало ему, естественно, издательство «Русский язык». И вот японцы, преодолевая множество чиновничьих преград, завезли сюда компьютеры, установили программы, и издательство «Русский язык» начало работу на базе японской редакции.
    Однако с началом перестройки издательству «Русский язык» стало трудно поддерживать и развивать это направление, и оно было закрыто. Но поскольку с японской стороны были вложены значительные средства, было решено создать совместное предприятие, которое бы продолжило это направление и выбор пал на нашу редакцию…
    И вот в 1993 году была зарегистрирована фирма «РУССО». «РУС» – потому что издательство «Русский язык», а «СО» – потому что японская компания называется «Содо Бунка».

БИЗНЕС РАЗВИВАЛСЯ УСПЕШНО?

– Совсем нет, ситуация не была такой уж радужной. Японцы, понесшие значительные финансовые траты, были готовы оплачивать только бухгалтера, а мы, редакция из 20 человек, должны были зарабатывать сами. Это был 1993 год.
    Я взяла беспроцентный кредит у своих друзей вьетнамцев, на который мы закупили словари. Мы торговали словарями, а на вырученную разницу содержалась редакция, которая гордо именовалась совместным предприятием.

А ЧТО ВЫ ДЕЛАЛИ, КРОМЕ ТОГО ЧТО ТОРГОВАЛИ?

– Ну, конечно, не японскую базу данных (улыбается). У нас были в портфеле словари, которые мы продолжали делать.
    Первый словарь, который мы издали самостоятельно, был словарь по полиграфии и издательскому делу, отраслевой словарь. Мы обратились в министерство за помощью, и нам помогли профинансировать производственные расходы – печать в типографии. Продавая этот словарь и плюс торгуя словарями «Русского языка», мы себе обеспечивали зарплату. Потом какими-то нечеловеческими усилиями мы собрали еще денег, чтобы издать еще один словарь – по электротехнике и электроэнергетике.
    Вот так, живя на минимальные зарплаты, мы все вырученные деньги вкладывали в развитие. Хотя при нашем профессиональном уровне мы давно должны бы были жить богаче.

А ПОЧЕМУ? СЛОВАРИ НЕ ПОЛЬЗУЮТСЯ СПРОСОМ?

– Общая ситуация в стране поменялась. Во-первых, книги стали покупать меньше. Если раньше мы в издательстве «Русский язык» издавали словарь тиражом 50 тысяч экземпляров, то теперь мы издаем словарь тиражом 2 тысячи.
    Во-вторых, создание словаря, настоящего, не компилятивного – дело долгое, тщательное и хлопотное. Автор должен читать километры специальной литературы, выбирать термины, переводить их или подбирать к ним эквиваленты. Особенно в тех случаях, когда какие-то темы есть на Западе, а у нас еще нет. Ведь понятно же, что есть отрасли науки и производства, в которых мы серьезно отстаем от ведущих зарубежных стран. А значит, отстает и терминология.
    Так что на изготовление настоящего авторского словаря – по той совершенной в общем-то технологии, которая была принята в Советском Союзе ( с учетом, конечно, применения современной компьютерной техники) и которая является отражением русской языковой культуры, – уходит много времени. Но это если подходить к тому, что ты делаешь, добросовестно.
    Хороший настоящий словарь – это сотворчество автора и редактора, а отраслевой словарь – это вообще титаническая работа.

МОЖНО ИНАЧЕ?

– Можно – и иначе, и проще. Можно сделать все гораздо быстрее: взять старые словари, надергать из них слов или терминов, издать под своим именем в издательстве, которое не затруднит себя ни научно-контрольным, ни лексикографическим редактированием. И таких словарей сейчас масса.
    Кроме того, у нас сейчас появились конкуренты – электронные словари, которыми многие предпочитают пользоваться. Хорошо, когда это словари лицензированные, но большинство – просто сканированные наши словари и словари других издательств, которые даже без ссылки на источник выдаются за всеохватывающие электронные словарные базы.
    Но выпустить хороший новый словарь – это большая радость.

И УДОВЛЕТВОРЕНИЕ?

– Да, безусловно. Есть два момента у нас в жизни, которые приносят глубочайшее удовлетворение: это выход в свет нового словаря и ежегодная книжная ярмарка во Франкфурте. Там мы встречаемся с коллегами, со специалистами, которые понимают, какой труд вложен в подготовку словаря, и умеют его ценить.
    Там люди понимают, что в издательском деле важны такие качества, как добротность и добросовестность, что издание словаря – трудоемкий бизнес.
    Я думаю, что и у нас в стране ситуация со временем изменится. А пока, как мне кажется, соответствующее министерство могло бы ввести контроль качества, особенно в отношении издания словарей так же, как в отношении учебников и учебных пособий. Причем неважно, какой именно это словарь – отраслевой или общей лексики. Потому что я встречала орфографические словари с ошибками, что уже ну совершенно недопустимо! Почему паленую водку арестовывают и наказывают производителя ? И почему за словарь с ошибками не наказывают издателя, который этот словарь выпустил?
    Должна быть государственная программа, направленная на сохранение словарного наследия нашей страны, на поддержку данного вида бизнеса – не потому что этот бизнес сложный, трудоемкий и низкорентабельный, а потому что он важен для будущего нашего государства.
    Тем не менее мы гордимся тем, что мы делаем. У нас выходят словари, выпуск которых раньше было бы трудно представить: русско-английский религиозный словарь и русско-английский психологический словарь, англо-русский и немецко-русский психологические словари, англо-русский социологический словарь, англо-русский политический словарь, англо-русский словарь по виноделию и спиртным напиткам и многие другие. Это не переиздания, когда словарь просто обновляется, так как появилась новая лексика. Это совершенно новые словари, которые мы и наши авторы сделали от идеи до выхода из печати.
    Мы также гордимся нашим общим детищем – «Современным англо-русским словарем», в котором обновлен и значительно расширен словник за счет вошедших в повседневную жизнь терминов из таких областей знаний, как компьютерные технологии, аудио-и видеотехника, телекоммуникации и который – единственный из существующих отечественных словарей – снабжен компакт-диском.

ЗАХАРОВА
Галина Владимировна

Окончила Институт стран Азии и Африки при МГУ
им. Ломоносова
и аспирантуру
того же института.
Специалист
по вьетнамскому языку
и литературе, референт-переводчик, владеет английским
и французским языками.
Работала в Секретариате СЭВ, издательствах «Мир»
и «Русский язык».
Один из учредителей ЗАО «РУССО».
Со дня создания,
с 1993 года, генеральный директор издательства «РУССО», специализирующегося на выпуске словарей.

Запись опубликована в рубрике 2006 №2. Добавьте в закладки постоянную ссылку.