НАТАЛИЯ БУДУР. ХАРАКТЕР НОРДИЧЕСКИЙ

Ирина КВАТЕЛАДЗЕ

НАТАЛИЯ, ВАШЕМУ БИЗНЕСУ УЖЕ 12 ЛЕТ. КАК ПРИШЛА МЫСЛЬ ОТКРЫТЬ ЕГО? ЧТО ПОСЛУЖИЛО МОТИВОМ?

– В самом начале была просто идея – открыть свое собственное агентство, литературное или дизайнерское, и ничего больше. Денег, разумеется, не было. Было только желание. Дизайн – это очень увлекательно, но это не моя специальность. Поэтому я и мой добрый приятель Алексей Жданов, сын известного переводчика Льва Львовича Жданова, рискнули и основали литературное агентство «Норд». Все вложения заключались в собственной работе, в собственном труде. Я на самом деле до сих пор не понимаю, как нам это удалось. Потому что поначалу агентство денег не приносило, конечно же. Мы работали на стороне, подрабатывали как могли. Я, например, просто брала переводы, подрабатывала в посольстве устными переводами, сопровождала делегации. Это давало возможность выжить.

У ВАС БЫЛИ КАКИЕ-ТО ЗНАКОМЫЕ В ИЗДАТЕЛЬСТВАХ? КТО-ТО ПОМОГАЛ ВАМ ИЗДАТЬ ПЕРВЫЕ КНИЖКИ?

– Нет, никаких знакомых у нас не было. Мы просто приходили в издательство и пытались убедить издателя, что принесли хорошую книжку и что на нее стоит обратить внимание. В общем, доказать издателю, что мы – это как раз то, что ему нужно. Удавалось это, прямо скажем, не всегда.
Двенадцать лет назад издательский бизнес, как и всякий другой, был молод. Никто ничего не знал, никто ничего не понимал. Издание любой книжки было огромным риском. А тем более, когда приходил неизвестно кто вроде нас. Это был огромный риск, поэтому издательства, с которыми все-таки удавалось договориться, ничего до выхода книги не платили, даже минимального аванса.

ВЫ ПОМНИТЕ СВОЕ ПЕРВОЕ ИЗДАТЕЛЬСТВО?

– Это было издательство «Армада». И вообще работа с ним обернулась хорошей школой. Мы подписали свой первый контракт на 10 книг, в результате издать удалось одну. За что-то заплатили, за что-то так и не заплатили. С тех пор у меня принцип – никому из авторов ничего заранее не обещать. Потому что никогда не известно, какую книжку возьмут, а какую нет, и какая в итоге будет издана.

ДАЖЕ СЕЙЧАС?

– Да, даже сейчас. Да, у нас надежные партнеры, за двенадцать лет работы сложился коллектив отличных авторов, которые стали уже моими единомышленниками. Но все равно я никогда заранее не знаю, что пойдет, а что нет, и как быстро.
Через три года работы Алексею надоело агентство, и он ушел. А я осталась…

ПОЧЕМУ ОН УШЕЛ?

– Знаете, одна моя приятельница, она пишет совершенно замечательные детские книжки, как-то сказала: «Надо же, какое счастье! Вот нам Бог дал некий дар…» Потом помолчала и добавила: «И еще больший дар – свинец в одном месте» (смеется)! Потому что вот с этого на самом деле все и начинается – с каждодневной рутины, для которой нужна элементарная усидчивость.

ВАШЕ АГЕНТСТВО НАЗЫВАЕТСЯ «НОРД». ОТКУДА ТАКОЕ НАЗВАНИЕ?

– Норд, по-норвежски – нурь, это север. У истоков агентства стояли скандинависты, и самые первые книжки, которые мы начали издавать, тоже были скандинавскими. Вернее, не издавать, а готовить.

КАКАЯ БЫЛА ПЕРВАЯ КНИЖКА? РАССКАЖИТЕ О НЕЙ, О ТОМ, КАК РАЗВИВАЛОСЬ АГЕНТСТВО…

– Самой-самой первой книжкой была «Гренландская кукла» Герта Нюгодсхауга. Замечательный интеллектуальный детектив, один из лучших, что я читала. Именно ее мы и издали в «Армаде».
А потом совершенно неожиданно появилось издательство «Терра». Я до сих пор крайне признательна Сергею Александровичу Кондратову, что он в нас поверил и взял практически с улицы. До сих пор испытываю к нему самые светлые чувства. Именно благодаря ему мы сделали огромную 25-томную серию «Викингов», которую я почитаю своим личным достижением и которую многие до сих пор помнят.
Именно в тот момент в агентство пришло много новых авторов, переводчиков, и стало понятно, что на одних скандинавских книжках далеко не уедешь. Привлекать издательства только скандинавской литературой довольно сложно, и мы стали заниматься еще и детской литературой, переводить детские книжки с основных языков. В «Терре» вышли наши «золотые» книги итальянских, немецких, английских сказок. Потом сделали серию готических романов, начиная с XIX века, с самой классики, и заканчивая неоготическим романом.
Это оказалось настолько заманчивым и притягательным, что мы придумали еще одну серию – «Рыцари». Но тут как раз начались разные финансовые неприятности, связанные с дефолтом, потому что «Терра» печаталась в Германии. И нам пришлось искать другого партнера.
Здесь, я считаю, нам опять повезло. Потому что мы встретили Олега Поликарповича Ткача, издателя и одного из совладельцев «Олма-Пресс». Оказалось, что мы с ним учились на параллельных курсах в университете, поэтому общий язык оказалось найти довольно легко. С ним к нам в агентство пришла русская тема во всех ее видах. Во-первых, трехтомник «Мифы илегенды народов мира», потом трехтомник «Сказки народов мира» и еще один трехтомник – «Литературные сказки народов мира». Были «Легенды средневековой Европы», нашумевшая книжка «Рождество», сделали много православных книжек – о православной культуре, но светской направленности.

ВЫ СКАЗАЛИ, ЧТО ВЫ РИСКНУЛИ И ОСНОВАЛИ АГЕНТСТВО. ЧЕМ ВЫ РИСКОВАЛИ?

– Ну, хотя бы тем, что я занялась администрированием. Нас было несколько человек – филологи, переводчики, авторы, скандинависты и нескандинависты, германисты… Все об этом говорили. Все говорили: «Вот хорошо бы у нас было свое агентство…» Но никто не рискнул взять на себя этот груз ответственности. Рискнули мы с Алексеем. Это во-первых.
А потом, когда ты сначала учишься в университете, потом работаешь в литературной среде, когда у тебя своя литературная тусовка, к которой ты привык, в которой ты принят, это накладывает определенный отпечаток и на жизнь, и на характер, и на мировоззрение. А потом вдруг ты берешь и уходишь в бизнес, начинаешь ходить по издательствам и что-то просить. Начинаешь знакомиться с каким-то людьми, совершенно посторонними, из других областей… Это меняет твою жизнь, меняет тебя. Потому что возникают проблемы, которые нужно решать.
И не кому-нибудь, а тебе самому. И вот сначала решаешь одну проблему, потом другую, потом третью, ведь бизнес – это всегда проблемы, все это постепенно раскручивается, становится на ноги. Но ведь никто не гарантирует успеха. Это определенный риск.
К тому же были совершенно конкретные вещи, материальные, от которых пришлось отказаться, чтобы заняться агентством. Я была вполне обеспеченным человеком, работала главой представительства норвежской туристической компании. У меня была приличная по тем временам зарплата, машина с водителем, связи. И все это я променяла на довольно сомнительное удовольствие бегать по издательствам и предлагать себя.
В общем, риск заключался в том, чтобы бросить это все, отказаться от обустроенной и достаточно обеспеченной жизни и заняться непонятно чем. Причем это «непонятно что» влекло за собой вполне конкретные обязательства: мы ведь подписываем и с автором, и с издателем договор, в котором есть пункт «обязательства сторон». И если ты по какой-то причине эти обязательства не выполнишь, то с тебя могут потребовать возмещение материального и морального ущерба.
Нам уже двенадцать лет, мы давно работаем, у нас репутация и хорошие партнеры, но вот этот риск невыполнения обязательств все равно остается. Совершенно непонятно, как пойдет книга, бывают вкусовые правки, которые самые неприятные и самые конфликтные, издательство может вдруг отказаться издавать книгу и при этом еще потребовать вернуть аванс, который мы уже заплатили автору, дизайнеру, верстальщику…
Так что риск, и моральный, и денежный, так и остался.

ВЫ РАБОТАЕТЕ СТОЛЬКО ЛЕТ, НО ТАК И НЕ ОТКРЫЛИ СВОЙ ОФИС…

– Я просто не вижу в этом необходимости. Издатели предпочитают встречаться на своей территории. А аренда офиса предполагает не только арендную плату, но еще и присутственные дни, покупку мебели, оборудования и т.д. Зачем? Я сама творческий человек. Я сама знаю, что удачная мысль может прийти в голову не тогда, когда нужно присутствовать в офисе – потому что рабочий день, а тогда, когда ей взбрело прийти ко мне в голову (смеется).

НО НУЖНО ЖЕ КАК-ТО ОБЩАТЬСЯ С КОЛЛЕКТИВОМ…

– Мы общаемся. У нас есть свои «присутственные» дни. Мы, например, очень любим пить кофе в ЦДЛ. Это центр, всем удобно добираться, попутно можно заплатить членские взносы. К тому же там очень приятная атмосфера. И все это добровольно, по желанию, а значит – с хорошим настроением.

ВЫ КАК АГЕНТСТВО ИЗМЕНИЛИСЬ ЗА ЭТИ 12 ЛЕТ?

– Пожалуй, что да. Мы стали более закрытыми. Издательский бизнес, а мы все-таки относимся к издательскому бизнесу, довольно специфичный. Люди вообще бывают разными, как известно, а авторы – в особенности. Кто-то предлагает рукопись, но ужасно боится, что ее украдут. Кто-то очень болезненно переносит отказы. Есть просто много сумасшедших. И поначалу на решение проблем, связанных с таким вот специфическим человеческим фактором, уходило очень много времени и энергии. Сейчас у нас сложился круг авторов, художников, переводчиков. Это люди, которые постоянно со мной работают.
А потом нас банально стало больше. Не только авторов, переводчиков и художников, а просто сотрудников литературного агентства «Норд». Раньше мы просто приносили рукопись виздательство. Теперь же мы отдаем в издательство готовый макет на цифровом носителе. Это тоже рост.

ВЫ БОЛЬШЕ НЕ БЕРЕТЕ НОВЫХ АВТОРОВ?

– Беру, но очень осторожно. Важен такой момент, как срастание. Это же такие тонкие вопросы, творческие. Здесь очень и очень многое зависит от банального «нравится – не нравится». Пожалуй, наш бизнес, как никакой другой, зависит вот от этого непростого понятия – «свой человек».
Потом мы очень дорожим своей репутацией.
У нас есть имидж, есть определенные правила поведения, которые мы не нарушаем. Я не люблю авторов с гонором, и вовсе не потому, что считаю себя выше. Всякий автор считает себя если не гением, то уж точно творцом. И это справедливо. Но одно дело творчество, и совсем другое – бизнес. Чтобы творение автора превратилось в дорогостоящий продукт, в него – в автора, в его имя – нужно вложить деньги, во-первых. И потребуется некоторое время, чтобы эти вложенные деньги дали отдачу. Это во-вторых. Авторы же не всегда это понимают. Терпения написать что-то у них хватает, но еще должно быть терпение дождаться, когда то, что ты написал, начнет приносить свои плоды.
Поэтому мы осторожничаем при выборе авторов. Он ведь придет в издательство не сам по себе, а под маркой «Норда». И если он там испортит отношения с редактором или издателем, то нам потом будет сложно с ними работать. Мы ведь все-таки по-прежнему приходим в издательство в роли просителя. Это надо понимать.

НО ДАЖЕ НЕИЗВЕСТНЫЙ АВТОР ЧЕГО-ТО СТОИТ…

– Безусловно. Просто известный стоит дороже. Нравится это или нет, но цену определяет издательство. Издательство должно потратить на автора много денег – заметьте, своих, причем в течение достаточно продолжительного периода. И оно может захотеть это сделать. А может не захотеть.

А ОТ ЧЕГО ЭТО ЗАВИСИТ?

– Вот кто бы знал (смеется)! Вот честное слово – не знаю! Я до сих пор не могу понять, чем руководствуется издатель, решая, какую книжку он будет издавать.

НО ВЫ ВЕДЬ ПРЕДЛАГАЕТЕ ИЗДАТЕЛЮ КНИГИ. ЧЕМ РУКОВОДСТВУЕТЕСЬ ВЫ? КТО ПРИНИМАЕТ РЕШЕНИЕ, ЧТО ВОТ ЭТУ КНИЖКУ ВЫ БУДЕТЕ ГОТОВИТЬ К ПЕЧАТИ И ПРЕДЛАГАТЬ ИЗДАТЕЛЬСТВАМ? – Я. ЕДИНОЛИЧНО?

– Да, единолично. Решение должен принимать один человек. Тот, кто в дальнейшем будет нести за него ответственность. При этом я очень часто руководствуюсь отнюдь не собственным вкусом…

А ЧЕМ ЖЕ ТОГДА?

– Как бы это сформулировать… Тем, что нужно издательству.

ВКУСОМ ИЗДАТЕЛЬСТВА?

– Нет, не вкусом, а интересом. Своим представлением о том, что нужно тому или иному издательству, что его может заинтересовать.
У нас есть список книг, которые мы в определенный момент распечатываем в тысячный раз и снова несем в издательство. Каждый год, даже, пожалуй, каждые полгода меняется конъюнктура, и никто никогда заранее не скажет, когда и какая книга вдруг «выстрелит».

НЕКИЙ БАНК РУКОПИСЕЙ?

– Скорее – идей. Мы стали настолько круты, что уже не позволяем себе работать в стол. Мы предлагаем издательству идею. Если идея вызывает интерес, мы готовим книгу. Видите ли, с рукописью всегда сложнее. Идея может лежать и год, и полтора, и два. С ней ничего не будет. А рукопись… Автору ведь ужасно обидно, что вот его книжку, такую замечательную, такую драгоценную для него, и не издают.
Знаете, вот мне издательства порой напоминают стадо мамонтов. Они такие большие, такие крутые и бегают всегда вместе. Куда один побежал, туда и остальные. Это грустно, потому что это однообразно и не очень интересно. Поэтому я всегда стараюсь проводить свою политику, пытаюсь убедить издателя в том, что вот ему это нужно. Это, конечно, не всегда удается. Но иногда случаются настоящие прорывы (улыбается).
НАПРИМЕР? – Например, наша книжка «Рождество», о которой я уже говорила. Или, например, «Мифы народов мира». Я о них тоже уже упоминала.

ЕСЛИ АВТОР ПРИШЕЛ К ВАМ И ВЫ СОГЛАСИЛИСЬ С НИМ РАБОТАТЬ, ЭТО ТОЛЬКО ВАШ АВТОР?

– Нет, автор свободен. Он может сотрудничать еще с кем-то. Я сама автор и не люблю ограничивать чью-то свободу. Единственное ограничение, которое мы устанавливаем, это не предлагать рукопись в течение полугода еще куда-либо – во избежание конфликтных ситуаций. Допустим, я предложила рукопись издательству, и оно согласилось. А автор тем временем еще кому-то предложил, и там тоже взяли. И везде вышло.

СУДЕБНЫЕ РАЗБИРАТЕЛЬСТВА?…

– Нет, издатели предпочитают не ссориться друг с другом и не бежать сразу в суд. Они предпочитают просто больше не работать с таким автором. Ну а мне-то он тогда зачем?..
Это, кстати, еще одна причина, по которой мы осторожничаем в выборе авторов и стараемся не работать с кем попало.

ВЫ САМИ ПЛАТИТЕ АВТОРУ?

– Как правило, и автору, и нам за пре-пресс, то есть подготовку рукописи к печати, платит издательство. Мы же выплачиваем автору аванс только в том случае, если решаем, что независимо от того, что вот у нас сейчас нет гарантированного заказа на данную книгу из какого-либо издательства, мы ее издавать все равно будем.

ИЗДАТЕЛЬСТВУ ИНТЕРЕСНО СОТРУДНИЧАТЬ С ВАМИ?

– Конечно! Мы избавляем его от общения с авторами (смеется)!
Издатели занимаются бизнесом. И очень часто на переговорах они не стесняются при мне в выражениях. Они открыто говорят: вот эту продам таким-то тиражом, поэтому денег будет вот столько… С авторами это, знаете ли, затруднительно.

ВЫ ДОВОЛЬНЫ РЕЗУЛЬТАТОМ? ЭТО ТО, ЧЕГО ВЫ ХОТЕЛИ 12 ЛЕТ НАЗАД?

– Да. Мне нравится писать, быть составителем книг. С самого начала, с самого первого момента зарождения агентства я поняла, что вот это как раз то, чем я хочу заниматься.
После окончания университета я работала переводчиком в Интуристе, водила экскурсии по Кремлю. Но это все, что называется, конечные занятия. Ну сколько, в самом деле, можно ходить по кругу и рассказывать одно и то же, пусть и разным людям? Сто раз? Тысячу раз? Да, это была отличнейшая школа. Благодаря ей я свободно говорю по-норвежски, посмотрела страну, нашла много друзей, в том числе и норвежских. Но это все равно тупик.
Потом я работала в Союзе писателей, консультантом по скандинавским литературам в иностранной комиссии. Мне это безумно нравилось, но это тоже было конечным процессом. И я ушла работать в представительство норвежской туристической компании. Но вот в Союзе писателей я поняла, что хочу заниматься чем-то, что связано с литературой. И агентство дало такую возможность. Да, я занимаюсь тем, чем я хочу заниматься – и теперь, и в будущем. И это уже не конечный процесс, это процесс постоянный.

Запись опубликована в рубрике 2006 №1. Добавьте в закладки постоянную ссылку.