Надежда ВОЛКОВА: «ЖИЗНЬ ПРОДОЛЖАЕТСЯ!»

Беседу вел Максим ВАЗЫХОВ

Надежда Волкова окончила МВТУ им. Баумана, сейчас завершает работу над докторской диссертацией, посвященной трудовым ресурсам и их профессиональной оценке как одному из элементов социальной политики государства. Она директор научно-учебного центра «Контроль и диагностика», эксперт по системам качества Рабочей группы по реструктуризации и предпринимательству Европейской экономической комиссии ООН, работает в ряде европейских и международных комитетов по стандартизации. В рамках мероприятий по вхождению России в ВТО, проводимых Минтруда РФ, и при финансировании Всемирным банком реконструкции и развития возглавляемый г-жой Волковой центр совместно с тремя ведущими специализированными институтами страны разработал концепцию нового российского классификатора профессий.

— Надежда Николаевна, в нашей стране не утихают споры по поводу вступления России в ВТО. Но наверное, не многие знают, что для вхождения в ВТО стране нужно провести ряд довольно специфических мероприятий, в том числе и в области трудовых ресурсов.

— Дискуссия по поводу того, нужно ли входить в ВТО или нет, напоминает мне спор на берегу реки, когда нет моста, а переходить на другой берег надо: мочить ноги или не мочить? При вхождении в ВТО одним из существенных моментов является возможность одинаково классифицировать как товары и услуги, так и персонал, занятый в различных сферах экономики. В России уже введен и полностью адаптирован к международному принципиально новый классификатор видов экономической деятельности. Что, в свою очередь, обусловливает изменения и во всех остальных классификаторах, в том числе и в классификаторе профессий. Это нужно для того, чтобы работать в едином экономическом пространстве со странами Европы и мира в целом.

— Как же теперь будут продвигаться россияне по карьерным лестницам? Я имею в виду негосударственные предприятия.

— Как это делать в новых условиях? Вот над этим мы и работаем в своем центре. Почему, например, возникают проблемы в компании, если в одной команде оказываются российские и западные менеджеры? Российский менеджер чаще всего стремится быть в первую очередь начальником. А на Западе есть директорат и есть менеджеры разного уровня. И каждый из них не начальник над кем-то, а прежде всего специалист, с равными правами и ответственностью. Но у нас зачастую право управлять, а значит и нести ответственность, путают с правом распоряжаться. И тут совершают свою первую ошибку, так как распоряжаться еще не означает управлять. Однако она может быть достаточно быстро исправлена, потому что большинство наших руководителей имеют высококлассное техническое образование, что в России всегда подразумевало широкий кругозор и способность алгоритмизировать любой процесс. Эти умения они могут применять и для «настройки» процесса управления. С определенными оговорками, естественно. Те, кто начинает «настраивать» процесс управления именно как процесс, сходный с технологическим, сразу ощущают нехватку специфических знаний. Это происходит с управленцами, которым по 40 лет и чуть больше. Поэтому они идут получать и второе образование, и специальные знания в области менеджмента качества. И именно такие руководители приходят к нам за помощью и консультациями, особенно если у их предприятия появляется возможность получения инвестиций или выхода на мировой рынок.

— Но и вашим сотрудникам нужно соответствовать самым современным требованиям…

— Конечно, наши специалисты тоже учатся. Мой заместитель, например, прошел трехмесячную стажировку в одной из крупнейших фирм Великобритании по разработке энергетического оборудования Mitsui Babcock, изучал работу топ-менеджеров в условиях западного рынка. Эту компанию называют аристократом в технике. Мы сотрудничали с ней по вопросам европейской стандартизации в испытаниях и при оценке соответствия. Это наша специализация, и мы хорошо понимаем друг друга. То, что делает центр, является частью большой работы, которая ведется в России по вхождению в единое европейское экономическое пространство и ВТО. Ведь одно из условий вхождения – наличие в России эффективного менеджмента. С западными партнерами мы должны уметь говорить на одном языке.

— Свой опыт взаимодействия со структурами Европейского союза вы как-то передаете российским топ-менеджерам?

— Да, конечно. Мы даем рекомендации, как эффективнее использовать программы, подобные TACIS. Для части наших руководителей все еще остается большой проблемой формулирование проекта, создание бизнес-плана, текущее планирование и работа по бизнес-плану в рамках этих программ.

В настоящее время совместно с венгерской фирмой Qualiprod и швейцарской Digart по поручению комиссии ООН мы ведем проект внедрения стандартов по системам качества ISO 9000:2000 на предприятиях Рослегпрома. И вообще, последние годы были наполнены очень интересными работами в международных проектах, таких, как КТК, «Голубой поток», «Россия — Турция». Сейчас начинаем консультации и тренинги для российских и иностранных компаний, участвующих в проектах «Сахалин-1» и «Сахалин-2».

— В названии вашего центра есть четыре слова, которые я прошу раскрыть: «научный», «учебный», «контроль» и «диагностика».

— Научный – потому что мы связаны с разработкой нормативных документов по трем направлениям: промышленная безопасность (трубопроводы, системы газового хозяйства, паровые котлы, объекты металлургии), системы управления предприятиями и системы управления персоналом. Мы уже десять лет аккредитованы при Госгортехнадзоре, даем для него заключения. У нас работают высококлассные специалисты, они осуществляют и гармонизацию российских документов с международными. Одно из условий, выдвигаемых ВТО, — соответствие законодательства страны международным требованиям в части безопасности объектов и оценки соответствия продукции и услуг этим требованиям. Поэтому первым документом, принятым в ходе подготовки вступления России в ВТО, стал закон «О промышленной безопасности опасных производственных объектов». Вторым – закон «Об основах технического регулирования в Российской Федерации». Он полностью изменяет нашу идеологию в промышленных технологиях, стандартизации и оценке соответствия. И наш десятилетний международный опыт в этой области дает возможность профессионально отрабатывать проекты нормативных документов по заказам государственных органов.

Теперь что касается контроля. Мы начинали с контроля сварных соединений, сейчас это и неразрушающие методы контроля, и методы контроля качества. На основе результатов контроля осуществляется диагностика, проводится анализ, формулируются выводы. Наш центр занимается как технической диагностикой оборудования, так и диагностикой систем менеджмента. На предприятии по определенной схеме мы просматриваем всю систему — от технических проблем до проблем управления. А вот в учебном центре мы обучаем тому, что умеем сами. У нас занимаются все, начиная от рабочих и заканчивая топ-менеджерами.

Система аттестации у нас поставлена на международном уровне. Центр аккредитован как международный орган по сертификации уже восемь лет. У нас около 50 человек высокопрофессиональных экспертов. Это люди с высшим образованием, кандидаты и доктора наук, есть и опытные производственники плюс еще 50 человек преподавателей и экспертов, привлекаемых к работе по договорам.

— В России есть центры, похожие на ваш?

— Мы в своем роде уникальны по универсальности выполняемых исследований и диагностических процедур. Да и по уровню требований тоже.

— На такой работе вам лично приходится проявлять твердость и даже жесткость. Как вы себя при этом чувствуете?

— Хорошо. Мне нравятся моя работа и моя профессия. Я же специалист по сварке и сварочным технологиям. Хотя, признаюсь, намеревалась стать театральным режиссером… Но может быть, организация эффективных систем управления и есть один из видов режиссуры?

— Но ведь жизнь – это не только работа. Расскажите, пожалуйста, немного о себе.

— Я выросла в суровых местах, в Сибири. Так что характер закалялся там. Там же стала кандидатом в мастера спорта по спортивной гимнастике. Я кандидат технических наук, старший научный сотрудник, доцент. У меня прекрасные дети. Моя дочь — человек волевой и очень работоспособный, она учится в Высшей школе экономики и параллельно – в Лондонском университете. А сын — один из самых молодых руководителей службы крупного оператора сотовой связи России. Муж — замечательный, умный и сильный человек. Много лет вел технический надзор за монтажом специального оборудования на Байконуре. Сейчас успешно работает в трубопроводном строительстве. Не кривя душой, могу сказать: «Мой дом – моя крепость и опора».

— Значит, жизнь удалась?

— Мало того. Она продолжается – и без передышки.

Запись опубликована в рубрике 2003 №2. Добавьте в закладки постоянную ссылку.